Смог и дети в Кракове. Реальная история из Польши. Часть 1.

Загрязнение воздуха в Кракове. Как смог повлиял на здоровье маленькой девочки, и какие меры пришлось принимать ее родителям, чтобы она выздоровела.

Владимир и Елена общаются на тему загрязнения воздуха в Кракове и о том, как это повлияло на маленькую дочь Елены.

Какие у вас шансы на иммиграцию? Узнайте бесплатно за 5 минут прямо сейчас онлайн.

– (Елена) Ребенок может перерасти, а может остаться астматиком на всю жизнь, и ты как бы понимаешь, что тут… А потом, ну не может у ребенка просто через месяц, через каждые 2 месяца постоянно быть пневмония, то есть, конечно, может быть, и возможно такое; но тогда, как нам та врач сказала, ребенок выглядит уже совсем по-другому, по нему уже видно, да, что это очень-очень тяжело.

– (Владимир) Спасибо тебе большое за честность и откровенность. И поэтому очень! просим в комментариях быть максимально тактичными. Это надо ценить и уважать, что человек поделился очень личным и очень больным. Задавайте вопросы, мы постараемся по мере сил отвечать. Большое тебе спасибо.

Лена – герой нашего канала о малом бизнесе, и она сейчас нам расскажет по поводу смога и о том, какая история произошла с ребенком в связи с этим. Давай так, проблема есть, но она не фатальная; просто она кого-то касается, кого-то – нет. Расскажи, с чего это началось, с какими мыслями вы ехали в Краков, зная о смоге, и во что это потом вылилось.

– (Елена) Но мы не знали о смоге, когда ехали в Краков. Я где-то мельком в каких-то обсуждениях прочитала, что что-то с воздухом, как-то он не очень. Я на это среагировала как на фактор большого города, пробок, ну обычного загрязнения воздуха, потому что я спрашивала у людей, которые уже здесь жили какое-то время, действительно ли в Кракове плохой воздух, на что мне тогда ответили, что нет, вы же будете жить на Ручае (район в Кракове. – Примеч.), там, ха-ха!..

– (Владимир) Хе-хе, там все хорошо.

– (Елена) …это уже окраина города, там, ну как везде в конце города, будет нормально. Поэтому мы об этом вообще не думали, мы об этом еще долго не думали, даже когда заболели. Пока не почувствовали уже зимой. Но как у нас получилось. Мы приехали в марте. Мы очень быстро нашли садик, очень быстро пошла в садик дочка. Ей тогда было чуть меньше 3-х лет (в апреле исполнилось 3 года, то есть почти 3 года ей было). И у нас ребенок до 3-х лет серьезно ни разу не болел. У нее были какие-то легкие болезни, но не было высоких температур, не было приема антибиотиков, то есть каких-то страшных болезней до 3-х лет вообще не было. Фактически дочь не болела. Мы, в общем, очень гордились тем, что так хорошо растим ребенка. Дочь с рождения плавает, ныряет; мы как-то ее закаляли, надеясь, что это поможет.

Короче говоря, после того как она пошла в садик, месяц ровно прошел. Нет, даже в садике меньше прошло времени. От момента приезда прошел месяц до того, как дочь заболела. У нее начался насморк. Мы как-то – ну насморк, насморк – боролись с этим, как с насморком люди борются. И в одну какую-то ночь дочке стало очень плохо. Мы уже просто увидели, что ребенок становится более таким – зеленым. Мы померяли температуру, смотрим на симптомы, читаем и понимаем, что – беда, плохо очень. Повезли дочь в больницу, еще тогда по страховке по этой… по туристической. Как она называется?

– (Владимир) PZU.

– (Елена) Я уже путаю все, да. Поехали в госпиталь. Был выходной, короче говоря. Как обычно, если у нас что-то случается, то ничего не работает везде и все такое. Нас приняли по скорой помощи, сделали рентген, послушали – пневмония у ребенка. Нас сразу определяют в палату – оставайтесь. Папу за вещами – мама с дочкой остается. Грустно было вообще, конечно.

Представь, мы месяц с небольшим были в Кракове. Как мы говорим по-польски? Ну как – с помощью переводчика на мобильном устройстве, если повезет. Конечно, я как-то понимала медперсонал, но все равно это было очень тяжело (особенно когда в больнице находишься) – рассказывать, что с ребенком происходит и так далее.

– (Владимир) А потом надо слушать рекомендации врача.

– (Елена) А врачи как бы не парятся, понимаешь ты или нет, они просто говорят: бла-бла-бла.

– (Владимир) Ну да, фразу говорят и идут дальше.

– (Елена) Ну врач – все-таки человек образованный – пыталась объяснять мне дотошно, а медсестры, которые там ходили, вообще не реагировали на то, понимают их или не понимают. Ну неважно, это отступление.

Короче говоря, пневмония и obturacyjne zapalenie oskrzeli – это обструктивный бронхит. Дочке очень быстро оказали помощь: кололи, конечно, антибиотиками, она дышала через ингалятор.

– (Владимир) Астматический.

– (Елена) Да, препарат вентолин, который воздействует на дыхательные пути. Я просто знаю все об этом.

– (Владимир) Я, слава богу, нет.

– (Елена) И лучше не надо. Как мы на это отреагировали (и врачи тоже): адаптация, стресс, приезд. Ну как бы страдания, плохо, ребенок заболел. А как еще, это фактически…

– (Владимир) Это нормально, мы тоже через месяц все заболели практически.

– (Елена) И у ребенка садик новый, язык у нее – все новое, то есть, конечно, мы среагировали как просто на адаптацию. Ну и ладно, что поделать, очень расстроились, но сами виноваты.

Нас выписывают из больницы. Проходит ровно месяц, ровно. Мы пролечились классно, нас выписали даже не через неделю, а на шестой день мы уже вышли. Ребенок уже здоровый. Нам сказали допить еще чуть-чуть лазолван и все, то есть ребенок здоровый, уже ни ингаляции, ничего там не надо. Ровно через месяц то же самое. Ровно через месяц! Ну как то же самое. Дочь не становится зеленой, потому что мы уже видим те же симптомы…

– (Владимир) Когда они начинаются.

– (Елена) …мы их слышим. Месяц прошел, реально. Что делать? Мы быстро идем к любому платному врачу рядом с нами, потому что у нас все еще нет учета, то есть он был, но мы… короче, не важно.

Врач слушает ребенка и снова ставит диагноз – пневмония. Пауза. Ладно, я об этом расскажу. Врач говорит: «Вот вам антибиотики». Я тоже что-то понимаю и говорю ей: «Это что у нас недолеченная пневмония или это новая? Вы как врач что думаете?» Она мне говорит: «Да нет, новая, скорее всего. Вряд ли это недолеченная».

– (Владимир) Все нормально, новая, хе-хе.

– (Елена) А у них вообще нормально, заходишь туда, а они: что, пневмония? Пхе, типа добро пожаловать «в клуб». Врач говорит: «Ничего страшного, лечитесь дома. Небулайзер (ингалятор) есть у вас», выписывает нам рецепт для ингаляционного средства, антибиотик (опять! через месяц, но уже другой, конечно) – лечитесь.

Снова все пролечивается. Это был апрель-май где-то. Сейчас я точно не скажу. Было тепло, мы не болели чуть-чуть, а потом заболели опять. В общем, чтобы я не рассказывала про каждый случай, у нас за тот год, пока мы жили в Кракове…

– (Владимир) 2015 год, с марта 2015 года, в прошлом году?

– (Елена) Да. У нас было 6 случаев вот этой обструкции. Из них 4 раза, даже 5 нам выписывали антибиотики. Зимой, когда в феврале у нее опять это началось… А оно как начинается – оно начинается как ОРЗ (острое респираторное заболевание. – Примеч.). Вообще, это не опасно. Тут еще такая интересная ситуация, что врач в Польше слушает и говорит: «Я слышу zmiany (изменения)». В бронхах, в легких он слышит zmiany, он назначает антибиотик – вот такая схема, все очень просто. Наш всегда врач говорит: свист, хрип, такой шум, сякой шум. Вроде мы там как-то ориентируемся, что хуже, что лучше; а тут zmiany и все – одно слово. Короче, мы уже не выдержали, потому что сколько можно есть антибиотики.

К тому времени мы уже начали понимать, что что-то происходит, что не может ребенок, переехавший в другое место, каждые 2 месяца болеть. Естественно, мы уже начали читать про смог, естественно, мы уже нашли друзей по несчастью. У нас тут есть «клуб анонимных»…

– (Владимир) «Клуб по интересам», ха-ха!

– (Елена) …да, такой. А ты говоришь, что никто не делится. Делятся, просто не любят делиться с другими – это неприятно; а между собой мы общаемся.

– (Владимир) Ну да. Я об этом и говорю.

– (Елена) Просто противно об этом, но… Конечно, мы уже стали об этом узнавать, и мы с дочкой и с нашими друзьями (у них тоже девочка) в феврале поехали в Колобжег к побережью Балтийского моря подышать воздухом для оздоровления. У дочки как раз начинался насморк, и в эту ночь мы сели в поезд и отправились. Когда мы туда приехали, у нее опять начались эти симптомы. Там мы нашли врача, причем в этом помог наш польский друг, который там отдыхал. Ну суперврач, самый лучший на всем балтийском побережье, и как раз в Колобжеге. Мы к ней пошли на прием. Вот что показательно: заходим, врач спрашивает: «Что у вас происходит?» Мы объясняем ситуацию. Она: «Вы откуда?» – «Мы из Кракова». – «А, вы из Кракова, ну понятно». Она этого не произнесла, но видом показала: «Можете дальше не продолжать». Блин, это кошмар.

Я ей рассказала всю историю, говорю: «Вот у нас 5 раз была пневмония». Она говорит: «Вы что! Если бы у вас 5 раз была пневмония, ваш ребенок бы выглядел иначе». А у нас Даша такой розовый поросеночек всегда, ну она действительно хорошо выглядит как для таких обстоятельств. У нее была пневмония вот в тот первый раз, когда не успели заметить; а потом нам каждый раз назначали антибиотики, говоря, что у нас есть zmiany. Эта врач нам объясняет, что это zmiany, но они механические, то есть это спазм, короче.

– (Владимир) У нее спазм, да.

– (Елена) Спазм и слышно шум. Врач говорит: «Не нужны вам никакие антибиотики – вот вам ингаляция. Ходите к морю постоянно дышать воздухом и все». Я говорю: «Как? А если что-то…» Она говорит: «Ну если что, придете ко мне через 3 дня, если ухудшится состояние. Но я вам даю 99 процентов, что вы ко мне не придете». И это факт. Мы там были неделю; естественно, что без антибиотиков, с малым количеством ингаляций, с прогулками к морю. Мы целый день там ходили, еще зима была: хороший холодный воздух, как раз такой свежий. Все прошло.

В общем, это практика. С этим врачом я разговаривала долго, спрашивала, что нам делать, есть ли смысл уезжать из Кракова.

Продолжение истории во 2 части: http://immigrant.today/article/11567-smog-i-deti-v-krakove-realnaja-istorija-chast-2.htm


Польша — замечательная страна для жизни. Эта одна из стран Евросоюза, куда проще всего эмигрировать.

— Программисты, дизайнеры, фотографы и прочие творческие профессии, которые работают сами на себя, имеют уникальную возможность получить ВНЖ в Польше на 3 года и платить минимальные налоги.

— Выпускникам школ можно поступить в польские вузы.

— Взрослые же могут получить новую специальность (повар, парикмахер, визажист, массажист и т.д.) в бесплатных полицеальных школах. Что даст возможность в будущем работать в Польше.

— Люди с предпринимательской жилкой могут уехать в Польшу с помощью бизнес-иммиграции.

— Если у вас есть польские корни (скажите спасибо бабушке или дедушке), то Карта поляка ждет вас. Кроме материальной помощи в размере 1400 евро, вы через год сможете получить польский паспорт.

Кроме оказания услуг по эмиграции, мы поможем вам арендовать квартиру в Варшаве, Кракове, Вроцлаве и т.д. Один из вариантов инвестиций — покупка недвижимости в Польше для последующей сдачи через управляющую компанию.

Напишите нам, если вы хотите иммигрировать в Польшу.

Также посмотрите наш ролик: "7 способов переехать в Польшу".

Оценка шансов на эмиграцию

Поделиться ссылкой в соц. сетях:
Comments system Cackle

Наш YouTube канал

Услуги по эмиграции